Трансформация социально-политической культуры

Сетевое взаимодействие

За три последних десятилетия в социуме произошли колоссальные структурные изменения. Традиционные методы оценки социально-политических процессов не способны адекватно отражать и описывать многие современные реалии из-за того, что общество (и, соответственно, выработанные им способы познания реальности) находится под влиянием ценностей, образов, стереотипов, лексики и фразеологии традиционной социально-политической культуры, сформировавшейся в Новое время. Между тем в России, как и во всем мире, идет процесс формирования новой социально-политической культуры. Она трансформирует и заменяет традиционную культуру. Точнее – пространство социально-политической культуры, примерами чего могут служить следующие процессы:

— позитивные возможности государства начинают определяться не силой, а способностью создавать и поддерживать «сетевые структуры», в рамках которых государство совместно с частными групповыми интересами вырабатывает и реализует эффективную, согласованную и целенаправленную систему управления обществом [1];

— управление уходит из институциональной сферы и сосредотачивается в коммуникационной; осуществление управленческих функций, принятие и реализация управленческих решений порождается взаимодействием и личными сетевыми связями менеджеров государственных, частных и общественных организаций [2];

— повседневная жизнь общества всё больше и больше контролируется финансовыми операторами, не связанными с каким-либо конкретным товарным производством и работающими преимущественно в информационно-коммуникационной среде;

— «постиндустриальный» характер экономики привёл к появлению целого класса людей, связанных с производством «виртуальных ценностей» (товаров и услуг);

— в «пространстве власти» (той области взаимодействия отдельных личностей (акторов), корпоративных групп и системных институтов, в которой локализовано принятие административно-управленческих решений и в которой осуществляется непосредственное руководство социумом) [3] появились принципиально новые субъекты (игроки) – Транснациональные Корпорации (ТНК).

Всё это позволяет создавать специфические островки корпоративной государственности, на которые существующие государства имеют все меньше и меньше влияния, а вот влияние этих «островков» на существующие государства все время возрастает.

Процесс трансформации социально-политической культуры напрямую связан с появлением поколения интеллектуалов, которые профессионально занимаются управлением информационными и финансовыми потоками, виртуальным (нематериальным) производством. Их деятельность пока сосредоточена в основном во всевозможных фабриках мысли, разнообразных международных негосударственных структурах (клубах, комиссиях и т.п.), Транснациональных Корпорациях (однако, не стоит отождествлять интеллектуалов с ТНК). Хотя эти люди не включены в процесс производства материальных благ, они, тем не менее, интенсивно и экстенсивно занимаются социально ориентированной деятельностью. Именно они создают системы способов конструирования социально-политической реальности – образы и смыслы Мира, семантические и визуальные стереотипы, алгоритмы и матрицы поведения, которые обильно заполняют информационное пространство.

Новые интеллектуалы являются порождением информационно-коммуникационной революции. Она позволила создать уникальное по возможностям информационно-коммуникационное пространство, которое имеет двойственную сущность – виртуальную с точки зрения совокупного объема материальных активов, и материальную с точки зрения рыночной капитализации. Здесь следует отметить, что в формируемой социально-политической культуре нет как такового традиционно понимаемого «пространства», оно трансформировано в виртуальное.

Значимой характеристикой информационно-коммуникационного пространства является его постоянная трансформация и перестройка. У этих процессов ещё есть не пройденные «точки смены качества», связанные с совершенствованием средств коммуникации и способов хранения информации, таких как:

— дальнейшая компьютеризация и чипизация окружающего пространства (в первую очередь бытовой среды и предметов обихода);

— дальнейшая миниатюризация и универсализация коммуникационных устройств;

— вживление и «сращивание» чипов с организмом человека (в первую очередь с мозгом);

— совершенствование коммуникационных устройств реагирующих на электромагнитное излучение человеческого мозга;

— создание универсального формата записи данных и «вечного» носителя информации (синтетических кристаллов) [4].

Проводниками трансформации социально-политической культуры сегодня выступают, в первую очередь, средства массовой информации, система образования и масскультура. Пальму первенства тут держит кинематограф – главным образом продукция «Голливуда» и подражание под него.

Новая социально-политическая культура формализуется не на институционально-административных основаниях, а на принципиально иных. Она является сетевой, основанной на связях личного знакомства между акторами, из-за чего и не воспринимается адекватно большей частью современного общества.

Одной из важных характеристик формирующейся социально-политической культуры является её динамическое равновесие. Этим она принципиально отличается от существующей стационарно равновесной культуры. Традиционная социально-политическая культура основывается на бюрократических системах управления, имеющих иерархическую, пирамидальную конструкцию. И безуспешно стремится обеспечить контроль основных социальных, экономических и политических (а в идеале всех) процессов и предсказуемость результатов деятельности.

Другой значимой характеристикой является то, что традиционная культура основывается на подчинении людей и контроле над географическим пространством, а формирующаяся – на освоении информационно-коммуникационного пространства, управлении информационными потоками и социальными энергиями. В результате, формирующаяся культура имеет больший запас прочности и более гибка к системным изменениям, к внешним и внутренним воздействиям.

Еще одной значимой характеристикой новой культуры является мобильность, основанная на специфическом типе социального взаимодействия – коммуникационных сетях и сетевой структуре отношений акторов. Однако сетевые структуры необходимо рассматривать, не овеществляя их, как, если бы они были самостоятельно (вне нашего сознания) существующими объектами. Адекватнее их понимать как динамику сетей, объединение цепочек локальных межличностных взаимодействий акторов [5].

Коммуникационные сети являются особой формой дискурса, набором взаимодействий, имеющих смысл для конкретной социальной сети и обособляют её акторов, как имеющих определённое самосознание, определённые инструменты коммуникации от тех, у кого такого самосознания и таких инструментов нет. И хотя коммуникационные сети являются элементом современной масскультуры, они одновременно являются инструментами трансформации социально-политической культуры.

Мобильность позволяет для решения каждой конкретной задачи создавать временный институт и решать задачи гораздо эффективнее, чем постоянным институтам традиционной культуры. В качестве примеров можно привести «цветные революции». Такое возможно при наличии максимального разделения рисков и высокой степени обратной связи между акторами.

В сетевых структурах каждый актор является самостоятельной единицей. В традиционных пирамидальных структурах самостоятельным является только руководитель «пирамиды». Соответственно, эффективность данных структур отличается в разы, так как один из принципов «архитектуры» пирамид – распределение ответственности, приводящее к ситуациям, когда никто в пирамиде ни за что не отвечает.

Кроме того, сетевые структуры (формируемые посредством Интернета и сотовой связи) представляют скорее функцию, технологию, процесс, общность интересов, а не группу индивидуумов. Бороться с технологией традиционными способами крайне сложно – она не болеет, ей не надо спать, с ней не договоришься и не запугаешь, чтобы использовать для достижения личных интересов. Она доступна всем, кому доступен Интернет и сотовая связь. Технологию, которая самовоспроизводится и даже создаёт новые подвиды на каждом этапе реализации, практически очень сложно остановить или задать ей рамки. По сути это вирус, только социальный.

Традиционная социально-политическая культура, заполнив ею же созданные границы и освоив очерченные горизонты, стала деградировать и мутировать. Формирующаяся культура пока не имеет видимых горизонтов и пределов роста. Это, конечно, не значит, что их у неё не будет – сегодня Интернет пока ещё находится на зачаточной стадии развития.

А сегодня, к сожалению, можно констатировать, что ситуация мало чем изменилась со времени весьма выразительного и обескураживающе простодушного откровения Юрия Андропова: «Мы не знаем общества, в котором живём». Оно, по сути, являлось констатацией политического и интеллектуального банкротства всей советской системы управления. Её представители во власти, не имея адекватной картины общества и мира и соответствующего времени категориального аппарата, оказались не интегральной движущей силой процесса развития советского общества, а инструментом его разрушения [6].

Чтобы избежать повторения подобной ситуации, нам необходимо систематически изучать общество, в котором живем. Для дальнейшего изучения процесса трансформации социально-политической культуры требуется создание принципиально нового понятийного аппарата и методик изучения текущих изменений. В происходящих процессах мы можем выделить структуру и определить их аналитические контуры, имеющие причинную обусловленность – главным образом определённые нашей логикой постижения реальности.

Развитие понятийного аппарата необходимо для расширения смыслового объёма языка, для обозначения новых различений (сторон, особенностей и т.п.) описываемых явлений и процессов, достижения более высоких уровней абстрактности (абстракции-рефлексии) – создания более абстрактных и точных терминов, для расширения границ возможности вербализации и логической формализации реальности, теоретического её описания.

Список использованной литературы

1. Frederickson G.H. Toward a New Pablic Administration // Classics of Public Administration. 1987. P. 429.

2. Осборн Д., Пластрик П. Управление без бюрократов: Пять стратегий обновления государства. М., 2001. С. 45-46.

3. Андреев Д., Бордюгов Г. Пространство власти от Владимира Святого до Владимира Путина. Краткий курс. X-XXI вв. М.: АИРО-ХХ; СПб.: Дмитрий Буланин, 2004. С. 7.

4. Годжилан А.Т. Цифровые руины // Итоги. 1999. № 32. С. 43; Букин А. Всё пишется цифрами // Итоги. 1997. № 5. С. 55.

5. Коллинз Р. Социология философий. Глобальная теория интеллектуального изменения. Новосибирск: Сибирский хронограф, 2002. С. 67.

6. Неклесса А.И. Люди воздуха, или кто строит мир? (научное издание) / Клуб «Стратегическая матрица». М.: Институт экономических стратегий, 2005. С. 27.

Метки: , , , , , , , , , ,

Один отзыв на «Трансформация социально-политической культуры»

  1. Змей:

    В России традиционно мало задумывались о том какое будущее ожидает и народ, и страну. Каждый думает только о себе и о своих близких. Наглядным подтверждением данной мысли могут служить следующие факты: 1) в современной России так называемые «фабрики мысли» находятся в зачаточном состоянии если сравнивать с США (скорее всего,по причине отсутствия социального заказа отдельные энтузиасты делают всё на основе собственного интереса); 2) в современной России отсутствует отраслевая наука, позволяющая внедрять в жизнь достижения фундаментальной науки (многие из которых являются, я бы сказал «мечтой человечества о лучшей жизни»; 3) Нет внятных планов развития страны и общества.
    Поэтому будущее для нас наступит неожиданно. И многих это пугает. Но большинству, я думаю всё равно. Они телевизор смотрят.

Ваш отзыв